Скалли утвердительно кивает, думая: не знаю, как там у него с ногами, но языком мистер хомяк точно работает без устали. В таком методе есть свой плюс: ошалев от словесного бесконечного потока, какой-нибудь слабый нервами преступник может и признаться, лишь бы заставить замолчать мистера Меллоу. Если, конечно, работа в полиции штата не имела место лишь в воспаленном мозгу грызуна.
Меллоу продолжает: тридцать два года назад - он уже служил тогда в полиции штата - Форт-Тийч всколыхнуло кошмарное преступление. За несколько дней до Рождества исчез некто Сол Круз, средних лет спившийся актер (нет, нет, мисс, - всего лишь однофамилец!). Провинциальные театры к тому времени практически вымерли, ехать в Голливуд и мелькать в массовках Сол не хотел - и подрабатывал от случая к случаю, то изображая утыканного перьями вождя в каком-нибудь шоу, то просиживая целые дни к качестве живой рекламы в каком-нибудь магазине…
Скалли тоскливо слушает. Время идет, историю провинциального полицейского сменила история провинциального актера (не прекращаются и ритуальные плевки в адрес подлеца-Малиновски), а якобы съеденный Клинт Вильямс на горизонте безбрежного повествования пока не виден…
Но золотыми днями, продолжает Меллоу, для Круза было Рождество. Санта из него был что надо! Высокий, представительный, с солидным басом… И, что немаловажно, - твердо стоящий на ногах и не путающий адреса, сколько бы рюмочек и стаканчиков не поднесли родители получивших подарки малышей.